seregalab

Все интересное рядом!

До бесконечности, и дальше...


Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
seregalab

Малолетки сбиваются в стаи, чтобы грабить и убивать...



За последние 20-30 лет детская преступность коренным образом изменилась: на смену хулиганской пришла корыстная, жестокая и стайная.
Тревожный сигнал для общества но, по мнению большинства экспертов, государство с опозданием реагирует на это.
А многие объективные данные остаются закрытыми.

Они же хорошие. Они исправятся...

В начале августа в столичном районе Вешняки задержали преступную группу: двое 18-летних молодых людей и трое несовершеннолетних за четыре дня совершили два жестоких нападения на случайных прохожих. В результате один гражданин получил тяжелые травмы, а второй скончался в реанимации. Добыча преступников — банковская карта, с которой они сняли 16 тысяч рублей.

Несколькими днями позже полицейские задержали еще одну подростковую группу: 17-летняя девушка и три пацана,
младшему из которых не исполнилось и 14-ти, нападали на прохожих, жестоко их избивали и отнимали ценности.
Один из пострадавших скончался, второй до сих пор находится в коме.

В середине июля в Новосибирской области 11-летний мальчик обматерил случайного прохожего.
В ответ на замечание приятели грубияна, три подростка в возрасте 15-16 лет, до смерти забили человека штакетником.

Эти преступления, как считают специалисты, характерны для современной России.
Нынешние малолетние преступники сильно отличаются от дворовой шпаны 20-30-летней давности.

[Нажмите, чтобы прочитать]
В Мособлсуде сейчас слушается удивительное уголовное дело: родители мешали встречаться мальчику и девочке, и те решили их убить. Однажды ночью девушка, дождавшись, когда ее родители уснут, открыла дверь своему другу. Позже на теле отца эксперты насчитали более 30 ножевых ранений, матери и старшей сестре удалось выжить, но лечиться им предстоит еще очень долго. Влюбленные в ту же ночь скрылись из подмосковной Истры и через несколько дней явились с повинной в полицию в Рязани. На допросах и в суде они валили и валят вину друг на друга. Былых романтических чувств уже нет.

В момент преступления девушке было чуть больше 15 лет, ее возлюбленному — чуть меньше 17.

Необдуманная жестокость и ничтожный повод — совсем недавно ничего подобного в нашей стране не было. Но оценить реальную картину происходящего трудно.
Объективную информацию под предлогом защиты прав несовершеннолетних, как правило, закрывают.



Педагоги считают, что правонарушителей-подростков надо воспитывать, наказывая не так строго. И максимально защищать от грубого общественного мнения, способного нанести серьезную психологическую травму несовершеннолетнему. Но беда в том, что защиту государство обеспечило, а вот воспитание и работу — нет. Более того, стремление отчитаться об успехах превратилось в самое главное препятствие в борьбе за молодежь.

— Раньше, 20 лет назад, когда я только начинала работать в системе исполнения наказаний, абсолютное большинство подростков совершали преступления чисто из желания покрасоваться перед друзьями, — рассказывает Наталья, бывший сотрудник одной из воспитательных колоний, 15 лет прослужившая начальником отряда. — Я помню мальчика, который напал на возвращавшуюся домой пенсионерку и забрал кошелек, в котором было 300 рублей — в 1998 году столько стоила буханка хлеба. Он совершил преступление, желая реабилитироваться в глазах красивой одноклассницы, которая в разговоре упомянула, что полюбит только того, кто способен доказать свою силу и смелость, пусть даже преступлением. Я помню другого мальчика — он убил своего отца и двух его собутыльников, когда те ночью попытались надругаться над его девятилетней сестрой. Сейчас же — никаких романтических или других мотивов. И несмотря на все запреты, все чаще преступления совершают пьяные дети.

— Двадцать и даже пятнадцать лет назад практически не было осужденных за мошенничество — из всех корыстных преступлений чаще всего встречались кражи, в том числе квартирные: мальчишек нанимали, чтобы они влезали в форточку и открывали взрослым дверь изнутри. Сейчас же каждый третий — мошенник. А такие преступления планируются заранее и совершаются осознанно, — рассказывает Наталья.

Алексей Б. осужден к четырем годам лишения свободы и обязан возместить потерпевшим ущерб — более 30 миллионов рублей. Он создал фальшивый сайт интернет-магазина, мало отличимый от настоящего. Деньги потратил на развлечения, после задержания и следствия у него обнаружили чуть больше 20 тысяч рублей. Осужден он именно за мошенничество. В колонии у него несколько друзей — все, что называется, неплохо рубят в компьютерах.

Он рос во вполне обеспеченной семье: мама — госслужащая, отец — менеджер высшего звена в очень крупной частной компании. Внешне все было благопристойно: отпуск вместе на море, в гости — всей семьей, ребенок был обеспечен «не хуже других», а уж когда увлекся компьютерами, то отказов от родителей не знал. В школе, кстати, учился очень хорошо…

По словам педагогов, все дело в окружавшей его с детства лжи: отец в гостях говорил одно, а на кухне — совсем другое. Начальника своего презирал и часто в семье очень злобно высмеивал. Но в глаза откровенно льстил, а когда однажды забыли пригласить на его день рождения шефа, чуть с инфарктом не слег. Мать вела себя так же. Оба имели любовников и даже часто их меняли, скрывая друг от друга, но не скрывая от сына… Уезжали «в командировки», но просили «прикрыть». Когда в квартиру с обыском пришла полиция, оба были шокированы — но уже через несколько дней вину за плохое воспитание сына валили друг на друга. Во время суда над сыном просто развелись. Теперь у каждого новая семья, и к Алексею в колонию они ездят все реже и реже.



— Корни всех подростковых преступлений — в семьях, — говорит адвокат Юлия Жукова. — Когда родители вынуждены больше думать о хлебе насущном и все силы кладут именно на зарабатывание денег, они забывают о детях. Прикрываясь именно этой якобы благородной причиной. Детям же часто нужны не деньги, а внимание. Которое они находят вне семьи. Где, увы, часто господствуют стайные чувства и стайные настроения. Эта истина банальна, но менее истинной от этого быть не перестает.

— В нашей стране формально уголовная ответственность наступает с 14 лет, однако это касается особо тяжких преступлений против личности. А по менее тяжким составам к ответственности привлекают с 16 лет. Этим и пользуются организованные преступные сообщества, и в первую очередь — распространители наркотиков. Для них подросток, не подлежащий уголовной ответственности, — находка. Даже если его задержат с наркотиками, все равно отпустят. Поэтому оргпреступные группы активно вовлекают в свои ряды малолеток, — говорит адвокат Александр Юрьев. — Причем здесь спрос гораздо превышает предложение: дети грамотные, они знают свои права и свои обязанности, и все надеются соскочить к возрасту наступления уголовной ответственности. Увы, их жизненный опыт настолько мал, что даже про бесплатный сыр в мышеловке они не слышали. А те, кто слышал, считают себя хитрее окружающих.

По оперативным данным, заметная часть распространителей наркотиков — малолетки. Их осознано привлекают к «работе»: они вызывают меньше подозрений, а привлечь к уголовной ответственности их просто нельзя. Поэтому несовершеннолетние наркокурьеры разносят по тайникам расфасованные дозы наркотиков, на своих велосипедах и самокатах доставляют пакеты с «дурью» с одного адреса на другой, иногда в школьных ранцах несут и тяжелые свертки с оптовыми партиями наркотиков.

— Я никогда не служил в подразделениях незаконного оборота наркотиков, — рассказывает Юрьев. — Но не верю в истории про то, что детей специально сажают на иглу. Не нужно это — им достаточно предложить деньги. Вот с такими завербованными я сталкивался не раз — причем, на мой взгляд, эта приманка опаснее марихуаны. Мальчик, получающий несколько сот или тысяч рублей за рядовые курьерские функции, быстро привыкает к деньгам, к тому же у него возникает иллюзия того, что он их заработал. И когда наступает возраст уголовной ответственности, он уже вполне сознательно продолжает эту деятельность — за деньги. Увы, вот тут-то и приходит расплата: такой работник будет сдан при первой же возможности, поскольку запросы у него растут, и он, по большому счету, не нужен и даже опасен. На его место можно найти малолетку, которого легче контролировать.

Эдуарду предложили подработать в 12 лет — на велосипеде развозить пакеты по разным адресам. Тысяча рублей за каждую поездку. Внимание старшеклассника он привлек именно велосипедом... и видом «ботаника» — очки, костюмчик с галстуком, книжка под мышкой. После первого поручения было второе, третье… Примерно через месяц Эдик догадался: возит он наркотики. Но к легким деньгам уже привык, только стал осторожнее: сначала купил ланч-бокс и сверток клал под бутерброд, потом сделал специальный контейнер, который внешне не отличался от школьного пенала, полного ручек и карандашей. Через год ему, 13-летнему, доверили уже крупные свертки — но проинструктировали, чего надо опасаться и на что обращать внимание. Даже показали фотографии сотрудников профильного отдела полиции.

Он не мог не попасться на глаза сотрудникам полиции. Его негласно проверили, установили, что он постоянно встречается с известным торговцем наркотиками. Выяснили, сколько ему лет. И однажды задержали, уверенные, что ему уже исполнилось шестнадцать… Но выяснилось, что в оперативные документы вкралась опечатка — в день задержания Эдуарду было 15 лет и 10 месяцев. Пришлось отпустить, хотя наркотики изъяли. А через месяц, накануне дня рождения, Эдуард пропал без вести. Его тело так и не нашли.

О том, что есть преступные организации, которые усиленно вербуют детей, не подлежащих уголовной ответственности,
оперативники говорили давно. Но им не верили. Это недоверие аукнулось.

— В советские годы на малолетнего, еще не преступника, а правонарушителя, наваливались всем миром — рассказывает социальный педагог Александр Бакумов.
— И школа, и райком комсомола, и профсоюзы, и детская комната милиции. Сообщали родителям на работу, ставили на учет в детскую комнату. То есть, говоря казенно, просто со всех сторон окружали пристальным вниманием. И в этом окружении, во-первых, трудно было что-то совершить, а во-вторых, возникал определенный страх — страх ответственности. Сейчас же ни у школы, ни у комиссии по делам несовершеннолетних нет таких полномочий.


Статистика говорит: детская преступность неуклонно снижается. По официальным данным, в 2006 году в специальных исправительных учреждениях
содержалось 13 609 несовершеннолетних осужденных, а в 2016-м — почти в десять раз меньше, всего 1655, в том числе 119 девушек.

Преступление считается совершенным, если возбуждено уголовное дело. А если вынесен отказ — то преступления как бы нет.
Но отказ в возбуждении возможен и в том случае, если совершившее правонарушение лицо не подлежит уголовной ответственности в силу возраста.
Органам внутренних дел выгодно, чтобы преступлений было меньше.

Борьба за статистику имеет оборотную сторону: дети и подростки понимают, что остаются безнаказанными.
И только наглеют.

Вот такие дела.



Последние записи в журнале


промо seregalab январь 1, 2015 18:18 5
Разместить за 10 жетонов
Здесь мог быть Ваш пост и Ваша реклама! ;)

Нет поспевает за ними государство....

А потому что как то и успевать не хотят.

Это страшно на самом деле, когда такая стая собирается.

Пока на верху не кого не касается.

Пока гром не грянет ( из под контроля не выйдет ситуация )

Когда все выйдет из под контроле 90е вернутся.

Здравствуйте! Ваша запись попала в топ-25 популярных записей LiveJournal центрального региона. Подробнее о рейтинге читайте в Справке.

Районами дерутся стенку на стенку.

(Удалённый комментарий)
(Удалённый комментарий)
(Удалённый комментарий)
(Удалённый комментарий)
(Удалённый комментарий)
(Удалённый комментарий)
(Удалённый комментарий)
(Удалённый комментарий)
(Удалённый комментарий)
(Удалённый комментарий)
(Удалённый комментарий)
(Удалённый комментарий)
Ну, не все же малолетки. А дегенератов хватало во все времена.

Полно кретинов которые в 90х застряли и пальцы гнут.

уже на улицу страшно вечером выйти.

Факт. Мне полицейские так и сказали недавно.

И они растут... и преступления растут.

Повторюсь в очередной раз: отменять возрастные ограничения по уголовной ответственности. А силовикам ввести специальную ответственность: если лицо совершило преступление, а ранее по его деяниям правоохранители отказали в возбуждении дела, то отказавший силовик идет соучастником преступника. И тогда посмотрим.

Вот за отказ это хорошо бы разбирать кто отказывал.

?

Log in

No account? Create an account